happy_journey: (default)
[personal profile] happy_journey
Ну ладно, раз уж у меня тут внезапно появились читатели в количестве аж прямо чуть ли не пяти человек, что значительно больше обычного нуля, то я вам в качестве благодарности за внимание подкину прекрасного. Эти стихи некой Ольги Евгеньевны Яблонской (псевдоним - Ольга Иванова). Я нашел их в интернетах лет 15 назад, почитал, отложил в дальний уголок памяти, а недавно почему-то вспомнил. И мне стало очень интересно: что же она пишет сейчас? Всегда интересно узнать, как люди из той России, у которой было будущее, чувствуют себя в этой, у которой осталось только прошлое. Но я так и не нашел ответа на свой вопрос: последнее найденное датировано 2006 годом. Если понравится, поищите. Найдете - расскажете.


ОРГИАСТИЧЕСКИЙ РЕМИКС

По вечерам над ресторанами,
само собой, et cetera.
И то же самое над оными,
что характерно, и с утра.

Телеграфирую: проверено.
Но чтоб не выпасть с бодуна
[само собой, непреднамеренно]
из приоткрытого окна,

и чтоб, отведав [безобидного,
пока его не всыплешь в чай]
чего-нибудь инсектицидного,
не травануться невзначай

и ненароком не повеситься,
я и сама, что твой гурман,
хожу уже четыре месяца
в один продвинутый шалман.

Где, медленно пройдя меж пьяными,
всегда без спутников, одна,
дыша духами и туманами,
присаживаюсь у окна.

И веет древними поверьями
мой эксклюзивный секонд-хэнд,
и чёлка, травленая перьями,
и "Прима" в пачке из-под "Кент".

Чтоб незнакомец упакованный
за чаркою очередной
[внезапной близостью окованный]
увидел в барышне чудной

с физиономией зарёванной
не эту мелкую деталь,
но некий берег очарованный
и очарованную даль.


ПО ПОВОДУ МЕТРО

Очередная передряга.
Метро. Подземная дорога.
Гробница дня. Его недуга
двойное дно. Его нутро.
То, где, чем обоюдней тяга
в горизонталь его итога,
тем нам трудней найти друг друга -
такое месиво. Метро.

Где - удивительное дело -
все так сработано умело,
что можно даже в центре зала,
нос к носу, с радостью вскричать:
- Мы тут не встретимся, Отелло!
Мы тут не встретимся, Ромео!
Мы тут не встретимся нимало!
Мы тут не встретимся ничуть!

Поскольку тут - особый сектор.
И налицо - тотальный фактор.
И вы свободны, детка диктор:
тут всяк по-своему рулит.
Когда ж скопытится протектор,
читай - потребуется доктор, -
то это будет доктор Лектор,
а не миляга-Айболит.

Любви все возрасты покорны.
Но в это веришь (для проформы
линяя с краешка платформы)
уже с трудом: не по летам.
И ладно б - сцена у фонтана;
у Капуччино; у Пекина...
Но в этой панике планктона -
вон вам дурдом. Шерше ля там.

Я ж уношу свои останки.
И, вся в индустриальной дымке,
на волоске, на валерьянке,
и ни жива, и ни мертва,
с невинным видом анонимки
и тут же рядом - интриганки,
смыкает мир в квадрате гранки
вокруг меня
моя Москва.

И мне за творческие муки
весьма немного в этом звуке,
переводя на гонорары...
Зато внутри - сплошной Париж.
Плюс в упаковке из картона -
воспоминанье от Кардена.
И ты со мной, моя Фортуна, -
вверху фанерою паришь.


* * *

- А вы давайте, девочки, без лишних.
А то мы тут уже полдня - о вечном.
И портвея уж выпили, и пива,
и плавно пересели на водяру,
и с кантианства - на картезианство,
и с Мальборо скатились до Петра,
а там и Беломор не за горами... -
они шутя сказали нам с Анютой
и выдали по крохотной штрафной.
И спели а-капелла "Карменситу".
Однако вскоре выпали в осадок
и кто куда попадали в отрубе,
как листвие увядшее с ветвей.
И до утра лежали штабелями
на каменном полу...
А мы с Анютой
ни портвея не трогали, ни пива,
но бытия тщету осознавая,
красивыми качая головами,
мы дорогую огненную воду
глушили до рассвета из горла,
закусывая грамотно и молча.
И больше не ворочались в гробу
несчастные Рене с Иммануилом.

Сияла ночь. Луной был полон сад.
Ворочался в гробу Маркиз де Сад.


* * *

Нам с Анютой

Он нас любил. Еще, быть может,
оно угасло не совсем,
но пусть он больше не приходит,
а то мы с голоду помрем.

Любви все возрасты покорны.
Но право слово, господа,
ведь это что ж это такое -
омлет из 10-и яиц?!

Как тут не вспомнить с тонкой грустью
о пользе бденья и поста,
и что покоя сердце просит,
и что не те уже лета,

и как ни жми сцепленье-тормоз -
не напасешься колбасы,
и всё идут без перебоев
неумолимые часы,

и вот обеденное время
уж надвигается, грозя
так круто вдарить по карману,
что, ну, никак уже нельзя

не возопить: "Еще не вечер!
Взойдет она! Товарищ, верь!"
и симпатичного соседа,
любя, не выставить за дверь.


МОЙ БУДУЩИЙ РЕДАКТОР

Иной из скромности не пишет,
иной - в цейтноте, а кому -
к лицу б, да тыковка не пашет...
Я не пишу не потому.

Я вам открою главный фактор,
начало, так сказать, начал:
ко мне мой будущий редактор
во сне приходит по ночам.

Он бородат, как анекдот,
где залупается потатор.
Он, как спортивный комментатор,
меня во времени ведет.

Он говорит: Увы! Увы!
Вы в поэтических пеленках!..
А у него - усы! усы!
И вся спина - в татуировках!

Плюс - у него еще и ключ.
И по банану - в каждом ухе.
И брови черные до плеч.
И остальное - в том же духе.

Его фигура делово
покоится в противофазе.
Он раздувается. Его
уводит ввысь о каждой фразе.

Когда же - важная деталь! -
он отрывается от пола,
с него прикольно и хиппово
свисает ниткой вертикаль.

Он обживает небосвод
и там свирепствует, как трактор.
Он - шар. Внутри него вот-вот
взорвется ядерный реактор.

И просыпаешься - сезам!..
Но раскошелишься едва ли
в конце письма поставить vale,
как Сади некогда сказал.


ИНТЕРВЬЮ

...Что до того, где выпало тонуть
в житейской луже, лямочку тянуть,
насущный харч с напраслиной жевать
да бормотою злобу заливать,

третируя с фасада и с торца
взыскательное око пришлеца
фарцою - далеко не первый сорт -
так это тут, в Московии, милорд.

Что до того, давно ль мотаем срок
в таком составе я и мой сурок -
то где у нас о возрасте рассказ,
там пауза рекламная как раз.

Что до интима - если без прикрас -
увы и ах! - отсутствует как класс.
А то, что ночью в коечке финтим, -
так это Интерпол, а не интим.

Что до любви - со шпилечки сошед,
она мертва. Зато живет сюжет.
И как мольбою небо ни копти -
но в эту реку дважды не войти.

Что до судьбы - у нас она, мой друг,
увы, все больше валится из рук,
пока твоя моя не понимать
и над ответом голову ломать.

Что до жилья - такого поищи.
Что до жратвы - тефалится в пещи.
Что до души - крепка ее броня.
Что до меня - то что вам до меня!..


* * *

До ста считаешь, свечой чадишь.
С тоски словеса плодишь.
А то и радуешься – сидишь –
незнамо чему. Глядишь –

а поступь у жизни – уже строга.
А в склянице взгляда – лёд.
А то – сшибавшее берега,
питавшее столько лет,

как прорву, стойкий её порок
и крови сорочий крик
словесное млеко – уже творог.
А сверстник – уже старик...
И нароешь номер, и видишь: стёрт.
И лопаешь люминал.
И шепчешь: это ещё фальстарт.
А это – уже финал.


Больше - здесь:
http://www.vernitskii.ru/polina.htm
http://www.poet-oi.narod.ru/book/bookall.html
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

happy_journey: (Default)
Road to nowhere

April 2017

S M T W T F S
      1
23456 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 02:02 am
Powered by Dreamwidth Studios